НЕИЗВЕСТНОЕ О РАЗВЯЗКЕ КАРИБСКОГО КРИЗИСА

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (Оцени первым)

 В ночь на пятницу в Москве на 94-м году жизни скончался знаменитый советский разведчик, Герой России Александр Феклисов. Его роль в развитии советских ядерных вооружений, а также участие в мирном разрешении Карибского кризиса сделали Александра Феклисова легендой отечественной разведки.

"Военно-исторический журнал", 1990 г., № 10.

В Вашингтоне в ресторане "Оксидентал" висит табличка, на которой значится: "В напряженный период Кубинского кризиса, октябрь 1962 г., за этим столом состоялась беседа таинственного русского "мистера X" с корреспондентом телевизионной компании ABC Джоном Скали. На основе этой встречи была предотвращена". Этот таинственный русский — Александр Семенович Феклисов, в Вашингтоне. Наш корреспондент встретился с полковником Александром Семеновичем. Ему 76 лет. Сейчас он на заслуженном отдыхе. Александр Семенович, как свидетель и участник тех событий октября 1962 года, много рассказал такого что, думается, позволит устранить некоторые "белые пятна" в истории Карибсхого кризиса.

 

ПРАВЯЩИЕ круги США, привыкшие рассматривать Кубу вотчиной американского капитала, были ослеплены ненавистью к революционному правительству Фиделя Кастро. Они считали одной из главных внешнеполитических задач уничтожение кубинской революции, так как опасались ее воздействия на другие страны Латинской Америки.

Избранный президентом в январе 1961 года Джон Ф. Кеннеди, являясь представителем монополистического капитала, также питал чувство враждебности и ненависти к независимой и свободной Кубе. Он уделял большое внимание рассмотрению плана организации вторжения на Кубу и свержения правительства Ф. Кастро. Этот план был составлен еще по указанию президента Эйзенхауэра, 17 марта 1960 года он приказал:

1. Собрать и подготовить для вторжения на остров армию, состоящую из кубинских эмигрантов.

2. Сформировать политическую коалицию из различных кубинских эмигрантских групп с целью превращения ее после свержения Кастро в правительство Кубы. Подготовка и осуществление этого замысла были возложены на Центральное разведывательное управление США.

Во время окончательного рассмотрения плана в Белом доме руководители ЦРУ заверили президента и участников совещания, что на Кубе уже подготовлено свыше 2500 вооруженных контрреволюционеров и что, как только на остров высадится бригада вторжения, на помощь им придет по меньшей мере четверть населения Кубы. Министр обороны Р. Макнамара и начальники штабов видов вооруженных сил поддержали ЦРУ. После этого президент Кеннеди утвердил план вторжения на Кубу 14-тысячной армии наемников, которой должны были помогать американские регулярные войска. Однако 17- 19 апреля 1961 года эта операция закончилась полной катастрофой для США. Но Кеннеди на этом не успокоился. Он жаждал реванша. По его указанию ЦРУ и Пентагон начали готовить новую широкую программу мероприятий по ликвидации кубинской революции. Программа включала экономическую блокаду, подготовку воинских формирований из числа наемников для вторжения, проведение разведывательно-диверсионных акций и организацию покушения на Ф. Кастро.

Президент Кеннеди назначил своего брата Роберта — министра юстиции "неофициальным президентским куратором тайных операций ЦРУ". Он санкционировал программу подрывных операций против Кубы под кодовым названием "Мангуста", возложив ответственность за ее осуществление на генерала Э. Лэнсдейла. Во Флориде создали два оперативных подразделения ЦРУ, насчитывавших более 700 сотрудников, которые начали подрывные акции против Кубы. Направляемые на остров разведывательно-диверсионные группы из кубинских контрас занялись диверсиями, саботажем, уничтожением урожая сахарного тростника. С помощью спецсредств распространяли эпидемические болезни среди домашнего скота, терроризировали население, создавали подпольные вооруженные банды, вербовали агентуру. В США готовились к новому крупномасштабному вторжению с целью свержения Ф.Кастро. Чтобы предотвратить задуманное Вашингтоном, Советский Союз стал оказывать усиленную экономическую и военную помощь Кубе, в том числе ракетной техникой.

Разведка США вела непрерывное наблюдение за всеми поставками на остров, особенно из СССР. 14 октября 1962 года разведывательный самолет У-2 зафиксировал строительство на Кубе пусковых ракетных установок, с которых, по заключению американских специалистов, могли в случае вторжения на Кубу нанести ответный ракетно-ядерный удар по центрам восточного побережья США, включая Вашингтон и Нью-Йорк. Реакция Белого дома на это была стремительной. Президент немедленно создал Исполнительный комитет Совета национальной безопасности (СНБ), в состав которого были включены вице-президент Л, Джонсон, госсекретарь Д. Раек, министр обороны Р. Макнамзра, министр юстиции Р, Кеннеди, директор ЦРУ Д. Мак-коун, председатель объединенного комитета начальников штабов М. Тейлор и несколько ответственных сотрудников СНБ и специалистов по СССР. В задачу комитета входило в срочном порядке выработать мероприятия по устранению ракетной угрозы со стороны Кубы. Были приняты строжайшие меры по предотвращению какой-либо утечки информации о его работе. Чтобы не привлечь внимание корреспондентов, заседания Исполкома проводились в различных местах: в Ситуационной комнате Белого дома, расположенных по соседству правительственных зданиях. Первое заседание Исполкома президент Кеннеди провел 16 октября в Белом доме. Оно проходило под знаком откровенно агрессивных настроений. Тон задавали военные и представители ЦРУ, призывавшие подвергнуть Кубу массированной бомбардировке, а затем провести вторжение на остров и свергнуть правительство Кастро. Их выступления поддерживали советник президента по делам национальной безопасности М. Д. Банди, министр финансов Д. Диллон, бывший госсекретарь Д. Ачесон. Позднее первым против предложения военных выступил Мзкнамара. Он заявил: "Бомбардировка ракетных установок приведет к гибели находящихся там советских специалистов. Это, несомненно, вызовет ответные меры Москвы. В этом случае США могут потерять контроль за положением вещей, и тогда эскалация конфликта может привести к войне". Макнамара также считал, что в результате бомбардировки могут быть уничтожены не все советские ракеты и что уцелевшие немедленно будут выпущены по городам США. К 19 октября большинство членов Исполкома согласились с предложением Макнамары о введении морской блокады. Однако военные отмечали, что это первый шаг, за которым последуют бомбардировка и вторжение на Кубу. Из всего сказанного видно, что при решении возникшего кризиса руководящие круги США стремились добиться не только вывода советских ракет с Кубы, но и, самое главное, свержения правительства Ф. Кастро. Для сокрытия работы Исполкома президент Кеннеди продолжал выполнять все ранее намеченные протокольные мероприятия, а Исполком ежедневно по многу часов заседал в его отсутствие, вырабатывая предложения для решения возникшего кризиса. Был канун промежуточных выборов. Президент вылетал в различные штаты, где выступал на собраниях демократической партии. 17 октября он — в штате Коннектикут, 19 октября — в городе Кливленде, а на следующий день прибыл в Чикаго. 18 октября вечером президент принял в Белом доме министра иностранных дел СССР А. А. Громыко, прибывшего в США для участия в Генеральной Ассамблее ООН. Как пишет Р. Кеннеди в книге "13 дней", во время в целом скучной беседы Громыко дважды сказал президенту, что СССР поставляет на Кубу исключительно оборонительное вооружение, которое не представляет никакой угрозы для США.

Пока президента Кеннеди не было в Вашингтоне, Пентагон стянул на близлежащие к Кубе базы военно-морские силы, морскую пехоту, 18-й парашютный корпус и другие части, необходимые для вторжения. Всего было собрано около 100 тыс. человек.

Управление планирования деятельности правительства в чрезвычайных условиях подготовило введение военного положения в стране. Белый дом, Пентагон и другие важные правительственные учреждения получили инструкции о возможном переезде в ближайшие дни в заранее подготовленные подземные помещения. Инструкции получили и семьи ответственных руководителей о возможном выезде из Вашингтона в отдаленные районы страны. Подготавливалось введение военной цензуры. 20 октября рано утром в разговоре по телефону Роберт Кеннеди проинформировал президента, что Исполком все мероприятия подготовил, что согласно новым данным фоторазведки советские и кубинские специалисты в спешном порядке ведут строительство нескольких пусковых установок и что президенту необходимо возвратиться в столицу. В полдень того же дня Дж. Кеннеди передал своему пресс-секретарю Салинжеру записку, в которой его рукой было написано: "У президента воспаление верхних дыхательных путей. Температура 99,2 градуса (по Фаренгейту. — Ред.). Доктор рекомендовал возвратиться в Вашингтон". Салинжер об этом объявил прессе. В тот же день Дж. Кеннеди возвратился в Вашингтон. На его усмотрение были представлены следующие альтернативные решения:

1. Вторжение на Кубу.
2. Уничтожение ракетных установок бомбардировкой с воздуха.
3. Установление блокады Кубы.
4. Ведение секретных переговоров с Хрущевым по дипломатическим каналам.
5. Представление проблемы на обсуждение в ООН.

Исполком рекомендовал президенту принять 3-й вариант — установление блокады Кубы. Первые сведения о возникновении кризиса я неожиданно получил в полдень 21 октября от советского корреспондента, который сообщил мне, что многие американские корреспонденты с утра собрались у Белого дома, где под председательством президента заседает кабинет вместе с руководством Пентагона. Ждут каких-то важных событий, каких — ему известно не было. Я попросил его встретиться с американскими журналистами и попытаться узнать характер обсуждаемых вопросов. Направил в центр короткую телеграмму о чрезвычайных заседаниях. На совещании у посла А. Ф. Добрынина военный атташе сообщил, что в вооруженных силах южных штатов США объявлена высшая степень боевой готовности. Ни посол, ни военные атташе никакой информацией о сосредоточении советских ракет "земля — земля" на Кубе не располагали. Американская пресса, телевидение по указанию Белого дома никаких сведений о надвигающемся конфликте, заседаниях Исполкома не сообщали.

 

22 октября все сотрудники посольства занялись сбором информации о секретных совещаниях в Белом доме. Меня неожиданно пригласил на ланч Джон Скали, с которым я регулярно встречался в течение почти полутора лет. Он был в то время известным внешнеполитическим обозревателем телестанции ABC, раз в неделю вел программу "Вопросы и ответы", в которой выступали министры, члены конгресса, известные политические деятели. Программа была популярной, Скали вел ее интересно. Он рассказывал мне, что родился в Бостоне, лично знаком с кланом Кеннеди, включая президента. Очень хорошие отношения у него с госсекретарем Дином Раском, которого часто сопровождал в поездках по странам. Скали был, несомненно, информированным человеком, но в беседах с ним я всегда осторожничал, считая, что о встречах со мной он докладывает в госдепартамент или ЦРУ. Скали был знатоком английского языка, имел прекрасное произношение и дикцию. Беседуя с ним, я узнавал многое о привычках, нравах и жизни американцев, а также совершенствовал свои языковые знания. От него мне удавалось иногда получать полезную несекретную информацию. Со своей стороны я растолковывал неясные ему различные стороны политики СССР. Отношения у нас были хорошие. Мы друг друга называли по имени. Встретились в ресторане "Оксидентал".

Скали выглядел возбужденным. Без каких-либо предисловий он начал обвинять Хрущева в агрессивной, авантюристической политике, говоря, что во время венской встречи последний вместо переговоров пытался путем диктата навязать Кеннеди свою позицию по Западному Берлину, а теперь вот угрожает США ракетным обстрелом с Кубы. Я перевел разговор на внешнюю политику США. Напомнил ему, что его страна пытается окружить СССР сетью военных баз, сколачивает антисоветские военные блоки. Упомянул о полетах самолетов У-2 над территорией Советского Союза, попытках Эйзенхауэра и Кеннеди свергнуть правительство Ф. Кастро в апреле 1961 года. Закончил я утверждением, что застрельщиком гонки вооружений и агрессивных действий являются США. СССР же приходится принимать контрмеры в качестве обороны. Наша беседа была нервной, к тому же Скали куда-то явно торопился. Перед уходом из ресторана он сказал, что в 7 часов вечера президент Кеннеди выступит с важным обращением к американскому народу, в котором объявит меры, принятые правительством США против Советского Союза и Кубы.

В 19 часов почти вся Америка была у телевизоров, Кеннеди обвинил Советский Союз в проведении агрессивной политики, сказал, что Куба стала форпостом СССР в Западном полушарии, сообщил, что на острове устанавливаются советские ракеты, способные нанести ядерные удары по Вашингтону, Нью-Йорку, Мексике, Панамскому каналу. Эти ракеты угрожают безопасности не только США, но и всей Америки.

Президент объявил, что в целях прекращения наращивания советского ракетно-ядерного потенциала на Кубе вводится строгий морской карантин, т. е. блокада Кубы, что уже отдан приказ военно-морским силам США останавливать все суда, направляющиеся на Кубу, и досматривать их. В случае обнаружения оружия отправлять их обратно, что приводятся в состояние боевой готовности вооруженные силы США. Сообщил о внесении в Совет Безопасности ООН резолюции, требующей, чтобы СССР демонтировал пусковые установки для запуска ракет среднего радиуса действия и вывез их с Кубы. В обращении к народу Кеннеди подчеркнул: блокада всего лишь первый шаг и что он отдал распоряжение Пентагону осуществлять дальнейшие военные приготовления.

В соответствии с этим распоряжением министр обороны начал готовить армию вторжения на Кубу в составе 250 тыс. военнослужащих сухопутных войск, 90 тыс. морских пехотинцев и десантников, авиационной группировки, способной произвести 2000 самолето-вылетов в один день для удара по различным объектам на острове. Все эти силы срочно перебрасывались в юго-восточные районы США. Туда же стягивалось свыше 100 судов для проведения десантных операций. По подсчетам Пентагона, потери войск США могли превысить 25 тыс. человек1. После речи Кеннеди по команде Белого дома средства массовой информации начали оглушительную кампанию против Советского Союза. 8 прессе появились сообщения, исходящие из Пентагона, что на пути к Кубе находятся 25 советских торговых судов и что 90 кораблей ВМС США встретят их в открытом океане. Несколько раз в день сообщалось о ходе сближения судов. Рисовались картины возможных столкновений американских и советских моряков, когда американцы поднимутся на советские суда. В сенсационном духе средства массовой информации сообщали, что в районе блокады и около Кубы обнаружены советские подводные лодки. Позднее стало известно, что президент Кеннеди приказал внимательно следить за ними и принять меры для охраны американских авианосцев, в частности "Эссекса" и других кораблей. За советскими подводными лодками непрерывно следили миноносцы, самолеты и вертолеты, которые по первому приказу могли сбросить на них глубинные бомбы.

Вокруг Кубы США уже сосредоточили 25 эсминцев, два крейсера, несколько авианосцев и подводных лодок, большое количество вспомогательных судов. Самолеты У-2 вели непрерывную фоторазведку кубинской территории, фотоснимки показывали, что строительство установок для запуска ракет ведется круглосуточно и они скоро начнут действовать. Как стало известно позднее, в это время на Кубе уже находились 42 советские ракеты с ядерными боеголовками. Исполком высоко оценивал деятельность фоторазведки, которая позволяла знать все о военных приготовлениях на Кубе. В связи с этим было решено, что, если кубинцы собьют У-2, Куба немедленно подвергнется бомбардировке. Кубинцы серьезно готовились к отражению американской агрессии. На заседании "круглого стола" по Карибскому кризису в январе 1989 года глава кубинской делегации видный политический деятель X. Рискет сообщил, что кроме вооруженных сил к отражению американской агрессии готовился один миллион добровольцев. Кроме того, командиры советских частей на острове заявляли, что находившиеся там 40 тыс. советских военнослужащих готовы принять участие в защите страны. Кубинские руководители допускали, что в ходе отражения американской агрессии их потери составят около 100 тыс. человек. С каждым днем обстановка вокруг острова осложнялась все больше и больше. На юго-востоке США в воздухе круглосуточно дежурили стратегические бомбардировщики В-52 с ядерным оружием на борту. Как только один из них приземлялся для заправки, другой немедленно поднимался в воздух.

Некоторые американцы, опасаясь ядерной войны, уезжали в глубь страны. Многие из них ежедневно ходили молиться в церковь, чтобы не началась война. Когда советские торговые суда приблизились к линии морской блокады, часть из них остановилась, а другие развернулись и направились обратно в советские порты. Средства массовой информации США истолковали это как признание советской стороной слабости своей позиции, заявляя: "Хрущев и СССР дрогнули", "Хрущев и СССР начали отступать". С 21 октября в посольстве СССР работали круглосуточно. Некоторые сотрудники каждую ночь объезжали здания Белого дома, Пентагона, госдепартамента, ФБР и ЦРУ и отмечали, что во многих окнах горит свет. На парковках большое количество служебных автомашин. На случай возможного нападения на советское посольство мы усилили его охрану, установили дополнительные замки и запоры на всех этажах, проверили сигнализацию и провели другие мероприятия. Каждый день Хрущев направлял послания Кеннеди, а Кеннеди — Хрущеву. Телеграфные линии связи между Москвой и Вашингтоном были забиты информацией. Так как зашифровка и расшифровка посланий занимали много времени, главы правительств США и СССР стали вести переписку открытым текстом. Военная истерия накалилась до такой степени, что достаточно было произойти случайному столкновению на море или в воздухе, как могли начаться военные действия с непредсказуемыми последствиями. Под воздействием мощной антисоветской и антикубинской пропаганды, проводимой прессой и телевидением, обстановка в США продолжала осложняться.

В пятницу 26 октября утром я пригласил Джона Скали на ланч в ресторан "Оксидентал". Состоявшаяся там беседа для меня и теперь незабываема. Как только мы сели за стол, Скали, потирая руки и с улыбкой глядя на меня, спросил:

— Ну, как самочувствие Хрущева?

— Это мне неизвестно. Я лично не знаком с Хрущевым. Да и находится он сейчас далеко от меня, — ответил я, а затем продолжил:

— Это вы на короткой ноге с президентом Кеннеди и много знаете, что происходит в Белом доме.

Скали ухмыльнулся, а потом рьяно стал обвинять Хрущева в агрессивных действиях в отношении США. "Он, видимо, считает Кеннеди молодым, неопытным государственным деятелем. Но Хрущев глубоко ошибается, в чем он скоро убедится". Продолжая говорить с жаром и решительным тоном,
Скали заявил:

— Все члены Исполнительного комитета все более склоняются к принятию предложения военных о необходимости безотлагательного вторжения на Кубу. Военные заверяют президента, что в случае его согласия они в 48 часов покончат с советскими ракетами и режимом Кастро.

В ответ я заявил своему собеседнику:

— Во-первых, насколько мне известно, советское руководство считает Кеннеди спокойным и дальновидным государственным деятелем. Думаю, что разумность президента остановит воинственных генералов и адмиралов, собирающихся втянуть Кеннеди в величайшую авантюру, а может быть, и катастрофу. Во-вторых, кубинский народ во главе с Фиделем Кастро готов на смертный бой. С возгласами "Патрия о Муэрто" они будут защищать свою родину до последней капли крови. Произойдет жестокая, кровавая и длительная битва. В-третьих, президент должен отдавать себе ясный отчет, что вторжение на Кубу равносильно предоставлению свободы действий Хрущеву. Советский Союз может нанести ответный удар по уязвимому месту в другом районе мира, имеющему важное военно-политическое значение для США.

Скали, видимо, не ожидал такого ответа. Молча посмотрел мне в глаза и спросил:

— Ты думаешь, Александр, это будет Западный Берлин?

— Как ответная мера это вполне возможно, — сказал я.

— США и союзные войска будут упорно защищать Западный Берлин, — парировал мой собеседник.

На это я заметил:

— Знаешь, Джон, когда в бой идет лавина советских танков, а перед ними на бреющем полете атакуют самолеты-штурмовики, то они все сметут на своем пути. Кроме того, войска ГДР поддержат наступательные действия советских частей. Я думаю, что войскам СССР и ГДР едва ли потребуется более 24 часов, чтобы сломить сопротивление американских, английских и французских гарнизонов и захватить Западный Берлин.

На этом наша полемика закончилась. Молча мы допивали остывший кофе, обдумывая сложившуюся ситуацию.

Затем Скали как бы про себя произнес:

— Выходит, что война с ее непредсказуемыми последствиями не так уж далека. Из-за чего же она может начаться?

— Из-за взаимного страха, — ответил я и продолжал: — Куба опасается вторжения США. США опасаются ракетного обстрела с Кубы. Никаких попыток сформулировать предложение о разрешении возникшего кризиса мы не делали, лишь проиграли первые ступени эскалации возможной войны.

Выразив надежду, что наши руководители не допустят ее возникновения, расстались. Я пошел докладывать содержание беседы послу А. Ф. Добрынину, а Скали, как оказалось, отправился в Белый дом. Здесь я должен сказать, что никто меня не уполномочивал проводить с Джоном Скали такую беседу и говорить ему о возможном захвате Западного Берлина как ответной мере СССР на вторжение американцев на Кубу. Это был сокровенный порыв моей души, возникший в ходе беседы. Я также не ожидал, что это мое высказывание будет быстро доведено до сведения хозяина Белого дома и что через два-три часа Кеннеди через Скали передаст мне компромиссное предложение об урегулировании Карибского кризиса.

Приблизительно в 17 часов я докладывал Добрынину о состоявшейся беседе со Скали. Вскоре в кабинет посла вошел помощник Добрынина и сообщил, что меня срочно к телефону просит Скали. Он попросил немедленно встретиться с ним. Через 5-10 минут мы уже сидели в кафе, находящемся между посольством и Белым домом. Без предисловий Скали заявил, что по поручению "высочайшей власти" он предлагает следующее условие разрешения "кубинского ракетного кризиса":

1) СССР демонтирует и вывозит с Кубы ракетные установки под контролем ООН;
2) США снимают карантин (блокаду);
3) США дают публичные обязательства не вторгаться на Кубу. Скали добавил, что такое соглашение может быть оформлено в рамках ООН.

Я записал и прочитал Скали все, что тот мне сказал. Он подтвердил, что все записано правильно. Затем я попросил Джона уточнить, что означает термин "высочайшая власть". Чеканя каждое слово, он произнес:

— Джон Фицджералд Кеннеди — президент Соединенных Штатов Америки.

Я заверил Скали, что немедленно доложу это предложение советскому послу и оно будет направлено в Москву. В то же время заметил, что предлагаемые условия не совсем равнозначны. Если вывоз ракет с Кубы производится под контролем ООН, то под наблюдением ООН должен быть осуществлен и отвод войск, стянутых в юго-восточные районы США для вторжения на остров. На это Скали заметил, что такое добавление осложнит и затянет достижение соглашения в период, когда время является самым существенным элементом в разрешении конфликта. Скали взволнованно добавил, что военные продолжают давить на президента и требуют согласия на вторжение американских войск на Кубу. Кеннеди не хочет войти в историю как второй Тодзио2 и добивается разрешения кризиса мирным путем.

Я еще раз заверил Скали, что переданное мне предложение будет немедленно сообщено в Москву. Однако быстро это сделать не удалось. Я составил подробную телеграмму о двух встречах со Скали и передал послу для направления в Москву за его подписью. Добрынин 3 часа изучал проект телеграммы, а потом вызвал меня и сказал, что не может послать ее, так как МИД не уполномочивал посольство вести такие переговоры. Удивившись нерешительности посла, я подписал телеграмму и передал шифровальщику для отправки своему руководству.

В субботу утром 27 октября мы с большим волнением ждали ответа из Москвы. Я думаю, это был самый тяжелый, судьбоносный день для руководителей Белого дома и Кремля, а главное — для американского, советского и кубинского народов. В этот день решалось, быть войне или нет.

Еще утром в пятницу 26 октября президент Кеннеди дал указание государственному департаменту приступить к разработке срочных мер по установлению гражданской власти на Кубе после высадки и оккупации страны 3. Однако вернемся к субботе. Утром в разгар заседания Исполкома в Белом доме президенту принесли сообщение, что над Кубой сбит самолет У-2, а летчик майор Р. Андерсен убит. Реакция членов Исполкома была почти единодушной: завтра утром американская авиация должна разбомбить все установки зенитных управляемых ракет на Кубе. Но Кеннеди медлил, не давал согласия на такую бомбардировку. Возможно, он ждал ответ Хрущева на предложение, переданное через Скали. Но ответ из Москвы не приходил. Обстановка на заседании достигла крайнего напряжения. От споров все устали и находились в подавленном состоянии. Впоследствии Р. Кеннеди писал: "И росло ощущение, что вокруг всех нас, вокруг американцев, вокруг всего человечества, стягивается петля, из которой высвободиться становится все труднее" 4. Еще вечером 26 октября от Хрущева пришли два послания. Первое было примирительное, с проблесками желания достичь соглашения, второе — более жесткое. Ответ, подготовленный госдепартаментом, президенту не, понравился, и он поручил Р. Кеннеди и Т. Соренсону быстро составить другой текст. Через 45 минут ответ был готов. Ссылаясь на первое послание Хрущева, американская сторона подтверждала, что она также желает урегулировать кризис мирным путем. Далее были дословно повторены условия соглашения, которые накануне президент Кеннеди направил через Скали и меня. Ответ был подписан президентом и открытым текстом передан Хрущеву.

В субботу в 16 часов Скали вновь вызвал меня на встречу в кафе отеля "Статлер". В резких выражениях принялся обвинять в обмане и коварстве. Утверждал, что переговоры с ним я намеренно затягиваю якобы для того, чтобы закончить монтаж ракетных установок и сосредоточение новых Ил-28 на Кубе. Неоднократно повторял, что своим обманом я поставил его в глупое положение перед руководителями США.

Как мог, я старался успокоить Скали. Несколько раз разъяснял ему, что каналы связи на Москву забиты, что Хрущев завален срочной информацией из многих стран мира, что я его не обманываю и что посольство ожидает ответа на их предложения в ближайшие часы. Как казалось, мне удалось сбить ярость Скали и убедить его в искренности моих действий. Оба мы были расстроены и уходили со встречи с понурыми головами. Скали, как оказалось, направился прямо в Белый дом и рассказал Кеннеди и Исполкому о содержании нашей беседы.

Президент поручил брату Роберту встретиться с послом Добрыниным. В 19 ч 45 мин встреча состоялась в кабинете Р. Кеннеди. В ходе беседы Роберт заявил послу: "Нам необходимо получить обещание не позже завтрашнего дня, что базы эти будут ликвидированы… Советы должны понять, что если этих баз не снесут они, то снесем их мы" 5. Поздно вечером Р. Кеннеди встретился с советником нашего посольства Ю. Большаковым, через которого главы СССР и США иногда обменивались конфиденциальными письмами, В беседе Р. Кеннеди повторил Большакову то, что уже сказал Добрынину.

При этом подчеркнул, что, если в ближайшие сутки не поступит позитивного ответа из Москвы, президенту будет невозможно удержать военных от вторжения на Кубу. Ответ Хрущева пришел в Белый дом в 9 часов утра в воскресенье 28 октября и принес огромное облегчение и успокоение как в Вашингтоне и США, так и в Москве и СССР.

Предложения Кеннеди и ответ Хрущева о мирном разрешении Карибского кризиса были немедленно направлены генеральному секретарю ООН У Тану, который вместе с представителями СССР и США В. Н. Зориным и 3. Стивенсоном должны были оформить официальное соглашение по этому вопросу.

29 октября и 3 ноября Скали приглашал меня на ланчи в шикарные рестораны (как стало известно позднее, он делал это по рекомендации президента). В ресторанах он предлагал выбирать самые изысканные, дорогие блюда, заявляя, что мы заслужили это. Скали прежде всего извинился за то, что на предыдущей встрече обвинял меня в обмане и коварстве. За обедом разговоры велись главным образом о том, как мир был напуган возможностью ракетно-ядерного конфликта. Он рассказывал, какое напряжение было в Белом доме. Отмечали мудрость руководств наших государств, которые в последний момент пошли на разумный компромисс. Много велось светских разговоров. Шутили. Обсуждали будущее мира. Я подчеркивал, что сейчас наступило такое время, когда США, несмотря на свою экономическую и военную мощь, обязаны считаться с мировым общественным мнением, иначе американское правительство восстановит против себя многие страны нашей планеты. Иногда в США и СССР раздаются голоса, что во время Карибского кризиса Советский Союз отступил под нажимом военной мощи США. По-моему, это неправильно. Кризис был урегулирован путем разумного обоюдного компромисса, в результате чего удалось избежать ядерного конфликта с его непредсказуемыми последствиями. К тому же СССР удалось получить от США обязательство, что они не будут вторгаться на Кубу в будущем. Ранее же правящие круги США открыто заявляли о своих планах свержения режима Фиделя Кастро.

Запись полковника В. П. КРИКУНОВА

Примечания: 1 Кеннеди Роберт. 13 дней. — Париж, 1968. — С. 34, 35. 2 Тодзио Хидэки (1884-1948 гг.). В 1940 — 1941 гг. — военный министр Японии. Утвердил план нападения на СССР. В 1941 — 1944 гг. — премьер-министр и одновременно военный министр. Казнен по приговору Международного военного трибунала по Дальнему Востоку.
3 Кеннеди Роберт. Указ. Соч. — С. 57.
4 Там же. — С. 65.
5 Там же. — С. 74.

http://vintages.nnm.ru/

 

Статьи на тему:

  • Тайны «Холодной войны»
    "Гриф секретности снят" - такая пометка появилась на некогда секретных архивных документах Министерства обороны России, проливающих свет на инцидент времен "холодной войны" в неб...
  • Конфликты современности: Танкерная война
    Ирано-иракская война возникла в сентябре 1980 г. из-за территориального спора двух соседних государств – Ирана и Ирака – о правах на пограничные районы по реке Шатт-Эль-Араб, впадающей в...
  • Как сбили самолет-шпион Локхид U-2 в мае 1960 года
    Подробности 1 мая 1960 г. проводилась очередная разведывательная операция "Оверфлайт" ("Перелет"), завершившаяся в тот же день крахом. Как же происходила драматическая схватк...
  • Н.С. Хрущев — Отец «Кузькиной матери»
    Хрущев был одним из самых экстравагантных вождей Советского Союза. Первым из советских лидеров он начал совершать зарубежные визиты. Его знаменитая речь в ООН, особенно обещание показать недругам СС...
  • Конфликты современности: Операция «Атрина»
    В 1987 году разыгралась подводная баталия, которая не на шутку встревожила Пентагон. В советских служебных документах эта операция носила кодовое название «Атрина» - абсолютно искусствен...
  • Единственный в истории лётчик, который сбил Б-52 в небе
    Гигантский двухсоттонный восьмидвигательный “Стратофортресс” Б-52             Истребитель МиГ-21Ф-13 Именно на этой м...
  • Кузькина мать — бомба убийца мегаполисов
      Сила взрыва в 100 Мт обеспечит полное уничтожение прилегающей территории на расстоянии в 35 км, серьезные повреждения на 50 км и ожоги третьей степени на дистанции в 77 км. Такое оружие способно ра...
  • Холодная война: конфликты
    Для холодной войны было характерно частое появление "горячих" точек. Каждый локальный конфликт выносился на мировую арену благодаря тому, что противники по "холодной войне" поддерживали противоборству...
  • Общество — Вьетнамская война
       Новые фотографии в разделе "Общество" Альбом: Вьетнамская война Смотреть фотографии в "Галерее-Нечто" Американские войска на...
  • Фидель Кастро: США несут угрозу для России
    Фидель Кастро обвинил президента США Джорджа Буша в том, что проводимая им политика по развертыванию противоракетного зонтика и расширение НАТО на восток представляет угрозу для России. "США...
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.

Рейтинг блогов Рейтинг блогов Rambler's Top100 free counters

Large Visitor Map